Главная страница

Украинская православная церковь ( история разделения ) :

Начало раскола в Украинской Православной Церкви Московского Патриархата было положено 24 июня 1991, когда епископ Переяслав-Хмельницкий, викарий Киевской епархии Ионафан (Елецких) подал на имя Патриарха Московского и всея Руси Алексия II и Священного Синода Русской Православной Церкви “Рапорт”, в котором обвинял Предстоятеля независимой и самостоятельной в управлении в составе Московского Патриархата Украинской Православной Церкви блаженнейшего митрополита Киевского и всея Украины Филарета (Денисенко) в действиях, несовместимых с саном архиерея Православной Церкви. Еще 23 апреля 1991 года Священным Синодом УПЦ было заслушано дело по обвинению епископа Ионафана в святотатстве – краже имущества Киево-Печерской Лавры; действиях, направленных на подрыв Святой Православной Церкви и нарушении архиерейской присяги. Несмотря на неоднократные приглашения, епископ Ионафан на заседание Синода не явился. Он был признан виновным по всеми пунктам обвинения, почислен за штат и запрещен в священнослужении сроком на три года. Таким образом на время представления “Рапорта” владыка Ионафан находился под запретом за свои грехи перед Церковью, а потому, согласно церковным канонам, не мог свидетельствовать против любого архиерея Православной Церкви, пока сам себя не очистит от обвинений. Поэтому в Москве не дали ответ на рапорт заштатного епископа, хотя с течением времени сами обвинения, изложенные в рапорте епископа Ионафана, были положены в основу “Судебного деяния Архиерейского собора РПЦ” от 11 июня 1992 года о лишении митрополита Филарета священного сана.

Еще одним действующим лицом, которое сыграло значительную роль в создании и закреплении раскола в Украинской Православной Церкви стал митрополит Агафангел (Савин), которого Священный Синод Украинской Православной Церкви 7 августа 1992 года назначил управляющим Ивано-Франковской епархией. На освободившуюся Винницкую кафедру был назначен архиепископ Феодосий (Дикун). Митрополит Агафангел Винницкую епархию не оставил и подал просьбу о почислении его “на покой”.

19 августа 1991 года в Москве накануне заключения нового Союзного договора была совершена попытка государственного переворота. Попытка оказалась неудачной и стала одной из главных причин того, что 24 августа 1991 года Верховная Рада УССР приняла Акт о государственной независимости Украины. Таким образом в Украине образовались канонические условия для провозглашения Украинской Православной Церкви в подчинении Московского Патриархата автокефальной (правила 17 Четвертого и 38 Шестого Вселенских Соборов).

30 августа и 3 сентября 1991 года в Москве состоялись заседания Священного Синода РПЦ, последнее – по случаю 30-летия архипастырского служения патриарха Алексия II (Редигера). В своей речи после праздничного богослужения, посвященного празднованию этого события он, в частности, сказал: “Одной из главных задач своего служения я называл укрепление всеправославного единства. Да, сегодня мы должны быть, как никогда, едины.

6-7 сентября 1991 года в Киеве состоялся Архиерейский собор Украинской Православной Церкви, на котором было решено созвать в городе Киеве 1-3 ноября 1991 года Собор УПЦ – высшей соборный и руководящий орган Украинской Православной Церкви. На этот Собор был вынесен вопрос о необходимости полной канонической независимости Украинской Православной Церкви – автокефалии. Также Архиерейским собором УПЦ было рассмотрено дело епископа Ионафана (Елецких). Исходя из того, что ним на имя патриарха Алєксия и Священного Синода РПЦ 6 сентября 1991 года была представлена докладная записка, в которой он все обвинения в адрес митрополита Филарета признает “клеветой, а письменные свидетельства по этому вопросу – злонамеренным враньем, которое преследует личные корыстные цели”, а также учитывая вред, которое епископ Ионафан нанес своими действиями Украинской Православной Церкви, Архиерейский собор УПЦ лишил его священного сана. Данное решение не было обжаловано ни самим бывшим епископом Ионафаном, ни любым другим лицом или учреждением, и таким образом вступило в законную силу. Поэтому то, что бывший епископ Переяслав-Хмельницкий монах Ионафан был, после того, как митрополит Филарет Архиерейским собором РПЦ был «лишен сана», назначен на архиерейскую кафедру и должность Управляющего делами УПЦ МП, является противоканоничным. Решением Собора митрополит Ивано-Франковский Агафангел, согласно представленной просьбе, был почислен на покой.

Реакцию Московской Патриархии на решения Архиерейского собора УПЦ о вынесении на Собор УПЦ вопроса об автокефалии Украинской Православной Церкви можно сравнить со взрывом бомбы. Митрополит Филарет был срочно визван в Москву для дачи объяснений по этому поводу. Для того, чтобы он мог встретиться с патриархом Алексием, последний даже отменил свой официальный визит в Англиканскую Церковь (он состоялся лишь в конце октября). Но Предстоятель УПЦ в Москву не поехал, так как созыв Соборов УПЦ и их повестка дня является ее внутренним делом, и эти вопросы не входят в компетенцию Патриарха Московского и всея Руси. В информации, представленной “Московским церковным вестником” про Архиерейский собор УПЦ, ни одним словом не упомянуто про его решение созвать Собор УПЦ и о лишении епископа Ионафана священного сана. Складывается впечатление, что в Московской Патриархии надеялись не допустить проведения Собора УПЦ.

В интервью журнала “Человек и мир” митрополит Филарет рассказал о том, какие планы относительно него, как Предстоятеля УПЦ, имели руководители Московского Патриархата: “Пока я занимал такую позицию, что УПЦ должна оставаться в составе Московского Патриархата, до тех пор (они) опирались на меня, как на краеугольный камень. Они говорили, что пока митрополит Филарет на Киевской кафедре, до тех пор Украинская Церковь не выйдет с состава РПЦ. Даже вручая Грамоту о самостоятельности в управлении, мне говорили, что пока я жив, они уверены, что Украинская Церковь будет вместе с Московским престолом. Их смущало лишь развитие событий после того, как меня не станет. Но когда они увидели, что тот, на кого они имели надежду, повел Церковь к независимости, тогда они обратились к радикальному противодействию.”

25 сентября и 22 октября 1991 года в Москве состоялись заседания Священного Синода РПЦ. На последнем в связи с проведением 1-3 ноября 1991 года в Киеве Собора УПЦ и вопросом, который вынесен на его рассмотрение, было принятоо “Заявление Священного Синода Русской Православной Церкви”, в котором, в частности, говорилось: “Московский Патриархат и далее будет идти путём укрепления единства и соборности входящих в него епархий и их объединений. … Однако мы решительно выступаем против того, чтобы эти изменения осуществлялись вопреки воли народа Божия, составляющего Церковь, с пренебрежением к священным канонам и в силу чуждых Церкви политических расчётов”. Из этого заявления видно, что еще до решения Собора УПЦ о необходимости ее автокефалии, Священный Синод РПЦ занимает жесткую позицию на сохранение организационного единства Московского Патриархата. Поэтому ним стремление к автокефалии заранее признается противоречащим воле народа Божьего и канонам. В этом ощущается советское воспитание членов Синода, которые свою волю выдают за волю народа Божьего. И не Собор ли УПЦ является тем органом, который может выражать эту волю? В особенности странными являются слова про “чуждые Церкви политические расчеты” если они выходят из-под пера тех иерархов РПЦ, какие десятки лет перед этим занимались церковным обслуживанием “миротворческих” инициатив советского правительства.

1-3 ноября 1991 года в Трапезном храме Киево-Печерской Лавры состоялся Собор Украинской Православной Церкви. На Соборе присутствовал 91 делегат из которых 23 епископа. Согласно “Определению Собора Украинской Православной Церкви по вопросу полной самостоятельности Украинской Православной Церкви” Собор принял обращение к Патриарху Алексию II и епископату РПЦ, в котором, в частности, говорится: “Участники Собора, представляющие весь украинский епископат, клир, мирян, монастыри и духовные учебные заведения, единогласно определили обратится к Вашему Святейшеству и епископату Русской Православной Церкви с просьбой даровать Украинской Православной Церкви полную каноническую независимость, т. е. автокефалию…” Также Собором приняты “Определения … о религиозной ситуации на Украине и по другим вопросам церковной жизни”. В особенности важными из этих определений являются пункты 5 и 6. В п. 5 Собор отвергнет все обвинения в адрес Предстоятеля УПЦ митрополита Филарета и подтверждает его избрание Предстоятелем УПЦ, а в п. 6 подтверждает решение Священного Синода о лишении запрещенного в священнослужении епископа Ионафана (Елецких) священного сана.

Ни одно из решений Собора органами Московской Патриархии не было опротестовано, а законность решений Собора ни в то время, ни позже, официально или аргументированно не отрицалась. В то же время в московской и промосковской украинской печати разворачивается настоящая информационная война против митрополита Филарета. Началось все со стати в “Огоньке”, №№ 48-49 за 1991 год, Александра Иосифовича Нежного “Его Блаженство без митры и жезла” в которой вытягиваются на свет обвинения бывшего епископа Ионафана, а также митрополита Агафангела, некоторых монахов Киево-Печерской Лавры, приемной дочери Евгении Петровны Родионовой Веры Медведь и других лиц, которые по тем или иным причинам были недовольны митрополитом Филаретом.

Необходимо вспомнить атмосферу “борьбы” со всем, что имело отношение к бывшему режиму – КПСС, КГБ, бюрократами и великодержавными шовинистами – в которой писалась упомянутая статья. В ней митрополит Филарет обвиняется в связях с партийными функционерами, КГБ, подавался в образе типичного советского функционера, волна борьбы с которыми накрыла тогда общество. А. Нежный, который сразу после решения Синода УПЦ провести Собор УПЦ, в конце сентября 1991 года посетил Киев с целью сбора компромата, удачно выполнил свою задачу. Как уже было указано, независимость и самостоятельность УПЦ в управлении главным образом зависела от личности Предстоятеля УПЦ и единодушия украинского епископата. А потому в высоких московских кабинетах избрали сталинскую тактику борьбы – “нет человека – нет проблемы”. Там понимали, что УПЦ без митрополита Филарета не будет способной бороться за автокефалию.

В то же время Московская Патриархия всеми возможными способами старалась выиграть время для развертывания информационной войны против митрополита Филарета и автокефали УПЦ. Если на протяжении двух месяцев – сентября и октября – состоялось четыре заседания Синода РПЦ, то после Собора УПЦ, который поставил вопрос об автокефалии УПЦ, Синод РПЦ не собирался вплоть до 25 декабря 1991 года, то есть на протяжении двух месяцев. Официоз Московской Патриархии, “Московский церковный вестник”, также на протяжении двух месяцев не сообщал о Соборе УПЦ и его решениях. Такая информация появилась лишь в последнем за 1991 год, 21 номере. 25-27 декабря 1991 года в Москве проходило заседание Священного Синода РПЦ, на котором была сделана попытка нажать на митрополита Филарета, поставить под вопрос добровольность решений Собора УПЦ и оспорить необходимость ее автокефалии. Результатом работы Синода было решение передать документы Собора УПЦ на рассмотрение архиереев Русской Православной Церкви.

Синодом также было принято заявление по поводу образования СНГ, в котором в частности отмечалось: “Историческая общность и братство славянских народов, крещеных в единой купели, не должны разрушаться. При государственной самостоятельности мы должны остаться духовно едиными, черпая в этом единстве силу для обновления жизни…Православные христиане надеются, что новые отношения между государствами Содружества … исключат попытки создать государственную, господствующую религию или идеологию.” Понятно, что речь идет не об огосударствлении самой РПЦ… Из приведенного заявления можем видеть, что в Священном Синоде, а соответственно и в епископате Русской Православной Церкви, не существовало даже мысли о том, что Украинская Православная Церковь может получить автокефалию. Главным вопросом, который встал перед Священноначалием РПЦ, был вопрос не об автокефалии УПЦ, а о том, как эту автокефалию не предоставить.

Накануне назначенного на 1 декабря 1991 года референдума о государственной независимости Украины в Киеве прошел Межрелигиозный форум. Главной целью его проведения было обнародование политики руководства нового государства в области религии. Базовым тезисом этой политики должны были стать слова Председателя Верховной Рады Украины Л. М. Кравчука о том, что в независимом государстве должна существовать независимая Православная Церковь. Этот тезис полностью отвечает историческим традициям и каноническому праву Православной Церкви, но категорически не воспринимается в Московском Патриархате. Если бы государственная власть Украины последовательно отстаивала свою позицию, то, возможно, давление со стороны московских церковных и светских кругов не имело бы таких губительных последствий для Украинской Православной Церкви.

По поводу киевского Межрелигиозного форума в “Московском церковном вестнике” появилась статья приближенного к патриарху Алексию журналиста Евгения Комарова под названием « «Самостийность», «незалежность» и автокефалия». Из самого названия статьи можем понять отношение высоких московских церковных кругов к государственности Украины и автокефалии ее Церкви – в русском языке слова “незалежность” и “самостийность” всегда имели бранно-унизительное значение (что является очень симптоматичным). Главные тезисы статьи господина Комарова суть следующие:

- требование автокефалии УПЦ продиктовано сугубо политическими расчетами, а потому не являются продолжительными (наверное имеется в виду то, что Украина, как государство, долго не просуществует, а потому политические предпосылки автокефалии исчезнут сами собою); - идея автокефалии УПЦ выгодна униатам и Римо-Католической Церкви, и даже выдуманна ними; - на автокефалию не согласятся верующие ( в данном случае “верующие” выполняют роль советских “трудящихся” по “многочисленными просьбами” которых все происходило в СССР).

В то же время автор статьи отмечает: “Следует признать, что краткосрочный эффект предоставления автокефалии Украине (не Церкви, а именно Украине) будет, по видимому, положительным: болезненный раскол ликвидируется”, хотя тут же высказывает мысль о том, что “успех (объединения УПЦ и УАПЦ) будет зависеть от того, кто возглавит этот процесс: личность лидера не должна вызывать нареканий ни с чьей стороны”. Таким образом в статье изложены основные аргументы Московского Патриархата против автокефалии УПЦ, хотя, наверное, главным аргументом для него является “этого не может быть потому, что этого не может быть никогда”.

Обеспокоенные информационной войной против Предстоятеля УПЦ и ее автокефалии, епископы, которые собрались на празднование дня рождения митрополита Филарета 23 января 1992 года, подписали обращение к патриарху Алексию, Синоду и епископату РПЦ, в котором высказана просьба ускорить процесс рассмотрения документов Собора УПЦ об автокефалии. “У нас создаётся впечатление, что положительное решение этого вопроса умышленно затягивается”.

В тот же день состоялось заседание Священного Синода УПЦ, на котором епископ Донецкий Алипий был уволен от управления епархией согласно его просьбе от 8 января 1992 года и назначен викарием Киевской епархии. Епископы Черновицкий Онуфрий и Ивано-Франковский Иларион пермещены один на место другого, а епископ Тернопольский Сергий назначен викарием Киевской епархии. Все вышеупомянутые епископы не подчинились решению Синода и не освободили своих предыдущих кафедр, перестали поминать за Литургией Предстоятеля УПЦ и этим фактически учинили раскол. Они также отказались от своих подписей под обращением епископата УПЦ к патриарху Алексию и епископату РПЦ от 23 января. Заштатный митрополит Агафангел в своей бывший Винницкой епархии также начал сеять церковную смуту, подстрекая духовенство к переходу в прямое подчинение Московскому Патриарху. Таким образом фактический раскол в Украинской Православной Церкви произошел зимой 1992 года. 4 февраля 1992 года патриарх Алексий направил митрополиту Филарету телеграмму в защиту раскольнических действий трех епископов УПЦ и призывал его по отношению к раскольникам “не принимать канонических прещений”.

Обращение епископата было отвезено в Москву архиепископом Лазарем и епископами Варфоломеем и Андреем. 18-19 февраля 1992 года в Москве состоялось заседание Синода РПЦ, на котором митрополит Филарет отсутствовал по болезни. По поводу обращения епископата УПЦ от 23 января патриарх Алексий и Синод направили “Послание” к митрополиту Филарету и епископату УПЦ, в котором говорится следующее: “Со всей определённостью мы свидетельствуем, что Священный Синод РПЦ не имеет отношения к тем церковным смутам, которые развиваются в пределах УПЦ и приносят нам глубокую боль. Что касается антицерковных кампаний в средствах массовой информации, то они, в первую очередь, направлены против нашего Священного Синода и авторитета Церкви и остаются на совести их авторов … В целях предотвращения (нового раскола УПЦ) необходимо всем нам действовать честно, незлобиво, осмотрительно и мудро, не допуская «стихиям мира сего» восторжествовать над пастырским долгом и ответственностью … Мы обещаем Вам сделать все, от нас зависящее, чтобы решение о будущем Православия на Украине было принято в соответствии с подлинными (sic!) чаяниями её благочестивого православного народа…каждый, кто остаётся верным Православию, получит наше каноническое пастырское окормление и не будет брошен на произвол сил зла”. Таким образом Московская Патриархия без единых аргументов ставит под сомнение действительность решений Собора УПЦ и сообщает о своей поддержке раскольническим действиям, направленым на недопущение получения УПЦ автокефалии. Синод принял решения о проведении 31 марта – 4 апреля 1992 Архиерейского собора РПЦ для рассмотрения Обращения епископата УПЦ от 3 ноября 1991 года о предоставлении ей автокефалии.

3-4 марта состоялись заседание Священного Синода УПЦ, на которые предшествующие решения относительно епископов-раскольников были оставлены без изменения. В постановлениях Синода ярко отображено то напряжение, которое возникло в УПЦ из-за поддержки Московской Патриархией раскольнической деятельности в УПЦ: уволен ректор Одесской Духовной Семинарии прот. Александр Кравченко и наместник Киево-Печерской Лавры архимандрит Елевферий (Диденко) – вероятно за поддержку выступлений против автокефалии УПЦ. Вследствие действий Московского Патриархата положение в Украинской Православной Церкви превратилось во взрывоопасное. Учитывая предшествующие заявления и действия Московского Патриархата Архиерейский собор РПЦ не предвещал для УПЦ ничего доброго. Поэтому митрополит Филарет не исключал возможности применить “другие, законные с точки зрения канонов, мероприятия, чтобы получить автокефалию”, в частности обращение к Восточным Патриархам.

На Архиерейском соборе в Москве вместо того, чтобы рассматривать вопрос об автокефалии УПЦ, была организована травля митрополита Филарета. Он обвинялся в аморальной жизни и перед ним было поставлено единственное требование – оставить Киевскую кафедру и должность Предстоятеля УПЦ. Как уже было указано, независимость УПЦ в управлении целиком зависела от личности Предстоятеля, он же был и главной движущей силой борьбы за автокефалию, а потому избавившись от него Московский Патриархат имел надежду вместе разрубить “гордиев узел” автокефалии УПЦ. На Соборе раздавались угрозы лишить УПЦ дарованной независимости в управлении, а потому, под давлением обстоятельств митрополит Филарет согласился на Архиерейском соборе УПЦ подать в отставку с должности Предстоятеля. “Архиерейский Собор принял к сведению заявление Преосвященного Филарета, Митрополита Киевского и всея Украины, о том, что во имя мира церковного он подаст прошение на очередном Архиерейском Соборе УПЦ об освобожении его от обязанностей Предстоятеля Украинской Православной Церкви. Архиерейский Собор с пониманием отнёсся к позиции Преосвященного митрополита Филарета, выразив ему благодарность за архипастырские труды на Киевской кафедре, благословил нести епископское служение на другой кафедре Украинской Православной Церкви”. Но насилие над Предстоятелем не решило проблемы автокефалии УПЦ.

Прибыв в Киев митрополит Филарет 14 апреля собрал пресс-конференцию, на которой рассказал о ходе событий в Москве и отказался от своего заявления об отставке, так как такая отставка не принесет мира для Церкви, противоречит воле верующих и является неканонической. В ответ Московским Патриархатом было инспирировано собрание части епископов УПЦ в Житомире, где, между прочим, присутствовал в качестве правящего архиерея Винницкой епархии заштатный митрополит Агафангел. Собрание приняло Обращение к руководству Московского Патриархата, в котором содержалась поддержка его действий и призыв оказывать содействие увольнению митрополита Филарета от занимаемой должности.

Грубо попирая права Украинской Православной Церкви Священный Синод РПЦ на заседании 7 мая в категоричной форме требовал от митрополита Филарета до 25 мая собрать Архиерейский собор УПЦ и подать на нем в отставку, а 21 мая принял постановление, согласно которого митрополиту Харьковскому Никодиму, вопреки православным канонам и Уставу УПЦ, поручалось, без действующего Предстоятеля УПЦ, созвать Архиерейский собор УПЦ. Как видим, руководство Русской Православной Церкви своей деятельностью не только спровоцировало раскол УПЦ, но и всеми силами и методами поддерживало и лелеяло его.

Окончательное организационное оформление раскола в Украинской Православной Церкви состоялось на так называемом «Харьковском соборе» – собрании епископов УПЦ, проведеннном по благословению Священного Синода РПЦ митрополитом Харьковским Никодимом в отсутствие Предстоятеля УПЦ митрополита Филарета, который даже не был приглашен. Вопреки православным канонам и Уставу УПЦ незаконным собранием епископов в Харькове митрополит Филарет, без следствия, был осужден к освобождению от должности и запрещению в священнослужении. На место действующего Предстоятеля УПЦ был незаконно избран митрополита Ростовского, управляющего делами Московского Патриархата Владимир (Сабодан), украинца по происхождению и лояльный к Московской Патриархии. 11 июня 1992 года Архиерейский собор РПЦ неканонически «лишил» митрополита Филарета священного сана, тем самым окончательно приняв сторону раскольников из числа епископов УПЦ.

Рассмотрев историю раскола в Украинской Православной Церкви в подчинении Московского Патриархата, можем сделать следующие выводы

1. Автокефалия УПЦ – не прихоть отдельных лиц, а исторически и канонически обусловленный необходимый статус Православной Церкви в Украине.

2. Ни одно из обвинений, выдвинутых против митрополита Филарета, не было не только доказанно, но даже просто исследованное. Так называемое судопроизводство на самом деле основывалось не на фактах, а на необходимости избавиться от владыки Филарета.

3. Руководство Русской Православной Церкви несет главную ответственность за раскол в Украинской Православной Церкви, который был ним инспирирован и всячески поддерживался.

4. Епископат УПЦ виновен в нарушении собственных постановлений (Собора УПЦ 1991 года), заявлений и обращений, в которых неоднократно высказывалась поддержка митрополиту Филарету, как Предстоятелю УПЦ, и в поддержке инспирированного руководством РПЦ раскола.

5. Раскол в Украинской Православной Церкви – неестественное явление, которое возникло из-за вмешательства в церковные дела враждебно настроенных к Украине русских и промосковских украинских политических и церковных деятелей. Если ограничить вмешательство руководства РПЦ в дела Украинской Православной Церкви, то преодоление противоречий в Украинском Православии станет вполне реальным.

Иеромонах ЕВСТРАТИЙ (Зоря)